- Кто?

- Гильза.

Медный, подернутый копотью бочонок упал между двумя сросшимися стволами и лежал словно гриб под листом.

Олег даже подивился умению оперативника.

- Молодец, - сказал он, - зови эксперта.

Вспыхнула лампа, щелкнул аппарат.

Наумов наклонился и поднял гильзу. Она лежала на ладони, бесполезная, уже никому не нужная. Разве что свистеть в нее, как в детстве. Приложил к губам и свистнул.

- Так, - эксперт покрутил гильзу перед глазами. - Ну-с, Олег Сергеевич, что вы можете сказать, посмотрев на нее?

- Калибр восемь, выбрасыватель зацепной, боек полусферический, бой центральный, гильза удлиненная, бутылочной формы. Судя по маркировке или арабская, или азиатская модель.

- Неплохо, совсем неплохо, - усмехнулся Александр Петрович. - Медики вынут пулю, тогда посмотрим.

- Я думаю, - сказал Олег, - убийца ждал здесь. Видите, как трава вытоптана. Потом выстрелил, пошел к даче. Убедился, что Бурмин мертв... А что же дальше?

- А вот дальше ничего понять нельзя, - сказал подошедший Середин, дальше темнота. В пиджаке убитого найдено семьсот рублей, часы дорогие на руке, магнитофон японский цел, машинка пишущая.

- Надеюсь, что у убитого не было ни бриллиантов, ни иностранной валюты. - Олег пошел к даче.

- Кто знает, - сказал ему в спину Середин, - может, у него картина была или, к примеру, иконка. Помнишь, в прошлом году в Зарайске...

Как же не помнить! Прекрасно помнил Наумов, как двое приехавших из Молдавии рецидивистов ворвались в квартиру, связали старика хозяина и унесли иконку размером чуть больше ладони. Когда он пришел в милицию, такие дела были редкостью. Он о них только в сводках читал. А сейчас многое изменилось. Появился рынок сбыта. Уходят за рубеж иконы, картины, ювелирные изделия.

И жулье другое стало. Модные, образованные, спортивные. Бокс архаика.

Тело Бурмина увезли. За столом на террасе следователь прокуратуры перелистывал листы протокола.